Вслед за расколотой луной. Светлана Турмова

Читать онлайн книгу.

Вслед за расколотой луной - Светлана Турмова


Скачать книгу
Черты его были таковы, что сразу становилось ясно: мягкость никогда ни на миг не поселялась в них, а блеклые губы с запекшимися кровинками вряд ли умели искренне улыбаться. И все же в иссохшем лике его еще жила агрессивная, львиная красота – даже шапка седых волос с редкими вспышками смоли напоминала разметавшуюся гриву.

      Вот верхняя губа судорожно дернулась, приподнялась, показывая желтоватые зубы. Старик слегка повернул голову, вперив вороний взгляд в спину молодому человеку в оранжевом берете – стоя перед мольбертом, тот ловко орудовал кистью, и лишь очень пристальный наблюдатель сумел бы заметить мелкую дрожь, сотрясающую руку художника. Ему, несомненно, не доставало освещения, но страх перед умирающим стискивал горло покрепче веревки палача и не дозволял просить даже о таком пустяке, как открытое окно.

      Старик хрипло рассмеялся: робость придворного живописца доставляла ему подлинное удовольствие – даже сейчас, в полушаге от мертвенного забвения, он был способен повелевать! Немощь изъеденного недугом тела ничуть не укротила дух – жестокий и властный. И в столь жалком состоянии он внушает ужас подданным! Старый король глубоко вздохнул и закашлялся, подавившись приторной духотой, заполнившей легкие.

      Художник, коего, к слову, звали Кассио, напрягся до судорог в лопатках, но не обернулся, сосредоточив все свое внимание на весьма странном задании государя: Киннан III повелел ни много ни мало – написать его портрет в полный рост, причем писать следовало именно в королевских покоях и не глядя на умирающего. К тому же надо исхитриться успеть завершить работу до того, как владыка Дангара испустит дух. Кассио недоумевал, к чему такие сложности, и совершенно не представлял, как предугадать наступление скорбного момента. Стоит ли удивляться, что живописец чувствовал себя весьма неуютно и изо всех сил поспешал, стараясь как можно скорее избавиться от неприятной обязанности, возложенной на него государем?..

      Монарх прикрыл глаза: тени стали явственней – он не видел их в полумраке залы, но чувствовал, как они тянутся к нему из всех углов. «Нет уж, вам придется остаться без добычи! – Злорадно подумал Киннан. – Я не тот, с кем просто справиться, у меня свои планы!»

      Будто возражая, на краешке его сознания обозначился силуэт, запрятанный в темные складки мантии, – он неуклонно приближался, различимый даже через закрытые веки.

      – Мой господин, – слова скатились в ухо почтительным шепотом.

      Киннан заставил себя сконцентрироваться на этом голосе – низком, с царапающей хрипотцой и в то же время по-женски мелодичном.

      – Леди Глэйм, – признал он посетительницу, вошедшую через потайную дверь. – Все ли готово?

      – Да, ваше величество. Гонцы к принцу Роланду отправлены. Полагаю, к завтрашнему полудню он будет в замке. Однако не торопите ли вы события?

      – В самый раз, – проговорил король и неожиданно резко приподнялся, уставив в лицо женщины жадный черный взгляд, – ты принесла ее?!

      Леди Глэйм извлекла из свободно ниспадающего рукава небольшой округлый предмет, пахший воском и жженым тростником, в другой руке у нее оказался свиток.

      – Магическая печать, – протянул Киннан и удовлетворенно откинулся на подушки, стараясь не замечать плывущий к нему силуэт в ореоле мерцающей синевы. – Действуй, да поживее, – коротко приказал король, – время выходит!

      Леди Глэйм покосилась на спину художника, который, казалось, полностью погрузился в свою работу, точно действо, разворачивающееся за плечами, нисколько его не занимало.

      – Тратишь драгоценные минуты, – отмахнулся умирающий, – каждый делает то, что должно. Ты. Делай. Своё.

      Женщина кивнула. Шелестя складками одеяния, она прошествовала к ближайшей свече и грела на огне магическую печать до тех пор, пока та не стала тягучей, словно медовая патока. Леди Глэйм прикрепила печать к свитку и смотрела, как та в отсвете свечи обретает зловещий буро-красный оттенок и растекается, будто выпущенная из вены кровь. Внезапно печать заискрила, документ моментально оказался опутанным множеством сверкающих нитей. Леди Глэйм протянула пергамент государю. Тот последним усилием вжал в застывающую массу большой палец правой руки, прошептал:

      – Воля моя изъявлена, колдовской печатью запечатана – чему быть – тому сбыться, чему не быть – не сложиться! Слов моих не превозмочь, тайну знает только ночь!

      Печать обожгла руку жаром. Киннан слабо вскрикнул, и этот вскрик моментально растворился в сухом потрескивании догорающих свечей. Король сфокусировал взгляд на единственном ярком пятне в комнате – оранжевом бархатном берете художника – и рухнул на подушки.

      Черный силуэт вынырнул из своей мантии, сотканной руками тьмы, наклонился низко-низко и овладел сознанием монарха: синеватое свечение отразилось в смоляном зеркале навеки замерших глаз.

      Кассио размашисто нанес последний мазок на холст.

      Леди Глэйм перехватила запечатанный свиток и снова запрятала в глубине рукава.

      Король не дышал.

      Художник снял берет и понурил голову:

      – Государь


Скачать книгу